Выберите метро:
Выберите район:

Самая обычная семья.Чумная неделя открытий. Часть 1: День первый

Самая обычная семья.Чумная неделя открытий. Часть 1: День первый

Привет, меня зовут Костя и я раб. Да, да, раб собственной матери. Наташе, так зовут мою маму, 40 лет, и она федеральный арбитр по штатским делам. Она низкого роста, большого телосложения, но совершенно не толстая. У Наташи большая грудь. Я нередко лижу ее соски, такие большие и смачные. Мать нередко прогуливается без лифчика, даже на работе. Ее груди под мантией при ходьбе раскачиваются в различные стороны и принуждают проходящих навстречу людей обращать на их внимание. В особенности возбуждающе смотрятся нередко выпирающие из-под темного материала затвердевшие соски. Еще у нее красивая круглая попа, от которой нельзя отвести глаз. А раздвинув половинки попы, можно узреть крупную выбритую мамину киску. От возбуждения она всегда набухает и становится похожей на розочку, мокроватую от таких смачных выделений.

Еще у меня есть сестра Даша, она на три года старше меня и совершенно не похожа на маму. Она высочайшая и худая. Но у нее все равно большая грудь. А упругая, подтянутая попочка Даши похожа на персик.

Наш папа, Виктор, ровесник матери и к тому же директор лекарственной компании. Он нередко ездит в командировки, потому его изредка можно застать дома. Невзирая на поездки, папа часто прогуливается в спортзал. Его агрессивное тело очень накачено и похоже на груду мускул.

По мне, так у нас самая рядовая семья, невзирая на то, что мы с сестрой рабы матери и делаем всё, что она отдаст приказ. А мы с сестрой не против подчинения. Нам это нравится. Вообщем папа с матерью живут свободными отношениями. Мать расслабленно приводит в наш дом собственных любовников, а папа собственных любовниц. Нередко к нам приходят друзья родителей, и мы устраиваем многочасовые групповушки. Но так было не всегда.

Все началось, когда мы приобрели двуэтажный коттедж в ближнем Подмосковье и переехали в него. Мне было двенадцать лет, Дашке — пятнадцать. Папа, как это нередко было, в 1-ый же денек переезда заявил, что он уезжает в еще одну командировку и обещал возвратиться через неделю, к собственному деньку рождению. Мы с матерью весь денек раскладывали вещи из коробок. А к вечеру, выбившись из сил, мы все заснули. Я тогда нередко пробуждался ночами и прогуливался в туалет. Так было и в ту ночь. Проснувшись, я принялся тихо пробираться к туалету. Сделав все дела, я уже отправился назад, но проходя мимо комнаты родителей, я услышал шорохи и стоны матери. Подумав, что маме стало плохо, я без стука приоткрыл дверь в спальню. У кровати горел небольшой ночник, потому вся происходящая картина мне стала во всех красках. Я 1-ый раз увидел нагую даму и не просто даму, а свою маму. Она лежала в центре кровати с разведенными ногами и вибратором двигала в собственной киске. Другой рукою она мяла свои груди. Я вдруг понял, что все фото оголенных женщин, что я лицезрел в вебе, не могут сравниться с реальной дамой, представшей тогда перед моими очами. Мать лежала с закрытыми очами и издавала стоны наслаждения.

Я стоял и заворожено смотрел на офигительное тело матери, чувствуя как в плавках подымается моя писька. Я даже практически закончил дышать, опасаясь спугнуть маму. Целых две минутки я следил за ней, оставаясь незамеченным и следя за снующим в маминой киске вибратором, на котором уже поблескивала белоснежная смазка, выделяемая мамочкой. Вдруг она издала громозвучный маленький вскрик, глубже загнала в себя вибратор и забилась в конвульсиях. Позже мать, не открывая глаз, достала из собственной влажной киски перепачканный маминой кончой пульсирующий вибратор и поднесла его ко рту. Пару раз лизнув его язычком, она вдруг скупо заглотила весь вибратор и принялась его скупо обсасывать.

Мне было надо уйти. Но я был так заворожен происходящим, что совершенно запамятовал об осторожности и о том, что мне не следовало там быть. А позже мать все таки открыла глаза и увидела меня.

— Костя!!! — здесь же вспыхнула мать, вытащив вибратор из собственного похотливого ротика, мокроватого от выделений. В ее очах горел огнь похоти и невыносимого желания. – Ах ты небольшой извращенец! А ну иди сюда.

Я уже желал было убежать, но мамин глас приостановил меня:

— Иди сюда, — звучно произнесла мать – А то ужаснее будет. Отлуплю до полусмерти. И дверь за собой закрой на ключ.

Суровый глас матери принудил меня подчиниться одномоментно. Я молчком подошел к кровати.

— Ты знаешь, что тебя следует наказать за этот проступок, небольшой негодник? – уже более мягеньким голосом произнесла мать, сев на кровати и прикрыв руками грудь – Костя, ты срамник. Ты нахально подглядываешь за собственной матерью. Ну для чего ты подглядывал за мной?

— Это было впервой, мать. Я случаем. Честно. Услышал шум, открыл дверь и увидел тебя…нагой.

— Знаю я ваше «честно». К тому же за случаем лупят отчаянно. А почему ты сходу не убрался в свою комнату?

— Мать я лицезрел много фото прекрасных нагих дам, но ни одна фото не сравнится с тем, что я увидел на данный момент. – на одном дыхании выпалил я.

— Ах означает для тебя понравилось? – со вздохом произнесла мать — И что все-таки для тебя было видно? Что конкретно для тебя понравилось?

— Мне очень приглянулись твои тити – неуверенно ответил я, отводя взор в пол.

— Почему?

— Они такие огромные и прекрасные.

— А что еще?

— Мне приглянулась твоя пися и то, как ты в нее что-то вставляла.

— Так у тебя самый реальный стояк. — с неким возбуждением произнесла мать, заметив мой стоявший член, который так и норовил выкарабкаться из-под ткани плавок. – Для тебя понравилось, как я трахала себя? Я тебя возбудила?

— Да, мамочка, мне понравилось, как ты водишь эту штуку туда-сюда, туда-сюда.

— Ты не представляешь, сынок, как мне это нравится. Это самое наилучшее чувство, какое дама может испытывать – чувство блаженства, чувство кайфа, реальный экстаз. И что прикажешь мне сейчас с тобой делать?

— Не знаю. Я никому не расскажу о том, что я увидел.

Мать только как-то удивительно, оценивающе, поглядела на меня и вдруг произнесла – Если для тебя нравятся мои сиськи, то, может, хочешь их потрогать?

Мать развела руки в стороны, прямо на уровне собственного лица передо мной предстали большие сиськи с торчащими сосками. Я молчком протянул руку и стал неуверенно дотрагиваться к одной груди. Тогда мать положила свою руку на мою и плотно придавила к соску.

— Не страшись мой мальчишка, — произнесла она – мни их, тормоши, щипай, как для тебя заблагорассудится. Мамочке это нравится.

— Отлично мать. – произнес я и принялся скупо щупать мамину грудь уже 2-мя руками. Ее огромные соски были жесткими, как камень. А широкие карие нимбы зачаровывали и безрассудно приманивали меня.

— Нравится?

— Ага.

— Давай, пососи их – вдруг попросила меня мать – Как тогда, когда ты был небольшим и сосал мамино молочко.

Я не стал сопротивляться, ведь я и сам желал этого. Я как клещ впился поначалу в один сосок, позже в другой. Это было так возбуждающе, что мои плавки, казалось, затрещали по швам от напряжения.

— Неплохой мальчишка, отлично сосешь. Для тебя нравится сосать мамины сиськи?

— Очень, мамочка. Они такие огромные, мягенькие и сладенькие.

– Они и отцу твоему нравятся. Он их сосет часами. В особенности он обожал сосать грудь, когда я была беременной. Он тотчас выпивал все молоко, оставляя тебя и сестру без пищи. И мне тогда приходилось разводить консистенции.

Я слушал мамин рассказ, с наслаждением насасывая ее груди по очереди. Я их облизывал, щипал, в общем, делал всё, что мне приходило в голову. А мать просто следила за мной и гладила мою голову, рассказывая всякие истории и чуть приметно теребя свою киску рукою.

Почувствовав новый прилив желания, она вдруг отстранила меня от груди и произнесла:

— Мигом снимай плавки – отдала приказ она, глубоко дыша.

Я сконфуженно застыл, тогда мать не выдержала и сама одним скачком стянула плавки. Они беззвучно свалились на пол.

— Ты меня возбудил, негодник. А когда я возбуждаюсь, то желаю только 1-го и мне совсем без различия, как я это получу. Для тебя сейчас придется удовлетворить свою мамочку. Ты же хочешь сделать маме приятно?

— Наверняка.

— Что означает, наверняка? – мать улеглась спиной на кровати, обширно раздвинув ноги и показав свою киску во всей красоте. – Иди ко мне, видишь, это мамина пися. Ее именуют пиздой. Давай сынок, полижи ее.

Я пододвинул голову к ее увлажненной промежности и стал принюхиваться.

— Ты не нюхай, а лижи, балбесина, — с этими словами мать придавила мою голову к собственной киске. – Ну же! Высунь собственный язычок и лижи, лижи свою маму. Будто бы ешь мороженое.

Мать пару раз потыкала меня в свою пизду, и я стремительно вынул язык и принялся усердно вылизывать ее киску, из которой всё время струйкой вытекала мамина смазка. С каждой минуткой мамина киска увеличивалась и набухала от возбуждения. Ее губы расползались в стороны, что позволяло мне поглубже просачиваться языком. Мать теребила мои волосы и извивалась как змея, то выгибаясь, то напротив сгибаясь. Я старался глотать все соки маминой киски, но их было настолько не мало, что скоро мое лицо сделалось влажным, а я очень утомился двигать языком. Но маме всё было не достаточно. Она только распалялась больше.

— Давай, сынок, соси пизду собственной мамочки. Вылижи ее всю. Давай поглубже, поглубже втыкай собственного лизуна. О, какой кайф!

— Мать я утомился. – посетовал я, на мгновение оторвавшись от ее промежности.

— Меня это не касается. Будешь лизать, пока я не остановлю.

— Но…

— Работай, небольшой паскудник. – мать снова придавила меня к киске — Будешь знать, как подглядывать за матерью.

Через пару минут, когда я уже совсем не мог шевелить языком, мать все таки смилостивилась и произнесла:

— Хорошо, можешь тормознуть. Пусть твой язычок отдохнет. Он сейчас отлично поработал.

— Спасибо мать. Мне можно идти? — с детской наивностью спросил я.

— Это еще не конец, глупыш! А ну иди сюда, мамочка оближет твое лицо.

Она притянула меня к для себя и с животной страстью стала облизывать все мое лицо. Окончив, она внезапно запихнула собственный язык в мой рот и стала меня целовать. Мы длительно лобзались взасос. Позже она причмокнула и с ухмылкой произнесла:

— Какая сладкая у тебя мать, правда? Для тебя приглянулся вкус моих выделений?

— Правда мамочка, я очень рад, что их попробовал.

— А сейчас пришло время поработать твоей ручке. – мать достала из-под подушки некий крем и полила его на мою руку. – Растирай хорошо до локтя.

Я делал, как она желала и смотрел на нее.

— Ты знаешь, что сейчас для тебя нужно будет сделать? – спросила она, сильнее раздвигая свои ножки.

— Воткнуть руку в твою киску, как ты делала это резиновой штукой.

— Верно, так чего же ты ожидаешь? Втыкай уже. Только медлительно. Не сделай маме больно.

Я поднес руку к киске, сжал ее в кулак и стал пробовать просочиться вовнутрь маминой щели. Но ничего не выходило.

— Ты разожми кулачок и втыкай вытянутую ладошку. – порекомендовала мать, и это посодействовало.

В первую же попытку моя рука беспрепятственно просочилась в мамину мокроватую киску. В ней было так приятно, тепло и склизко. Мать здесь же тяжело задышала и снова принялась извиваться, подсказывая мне, что нужно делать, чтоб доставить ей наслаждение.

— Сейчас медлительно двигай ручку туда-сюда, туда сюда – тяжелым голосом шепнула она.

– Да, мой небольшой хахаль, ты всё делаешь верно. А сейчас ускоряй темп. Да, резвее и резвее с каждым разом. Поглубже и поглубже, я желаю ощутить, как ты касаешься моей матки.

Я тогда совершенно не знал, что такое матка, но усердно старался делать мамины желания. Когда темп перевоплотился в истинные обезумевшие скачки матери на моей руке, она попросила меня уделить внимание ее груди.

— Да, Костя, да, я чувствую, тебя снутри, я вся горю от наслаждения. Не останавливайся и я скоро кончу. Давай, покусай мои соски. Это меня очень возбуждает.

Только я прильнул к ее груди, как комната разразилась маленьким маминым кликом. Она кончила. Мать билась в конвульсиях блаженства, а я, чувствуя, как сокращаются мускулы в маминой киске, продолжал двигать рукою.

— Сыночек остановись – в конце концов, еле проговорила мать, всё еще дергаясь от оргазма.

– Мать, для тебя отлично? Понравилось? – спросил я, вытаскивая руку из киски.

— Маме уже так отлично. О, Боже, как мне на данный момент отлично. Ты реальный кудесник, мой мальчишка, ты моё вознаграждение за труды. – рассыпалась в комплиментах мать – Давай же мне свою влажную ручку, мать ее с наслаждением оближет.

С рукою мать сделала то же самое, что и не так давно ранее с моим лицом, а позже, заметив мой возбужденный член, она произнесла:

— Сейчас твоя очередь получать наслаждение. – с этими словами мать положила меня на кровать, а сама впилась в мой член и стала его сосать, заглатывая в рот то стопроцентно, то на одну вторую. Она двигала рукою кожицу, оголяя головку и с чмокающим звуком всасывала его для себя в рот. Я кончил стремительно. И это чувство захватило меня навечно. Я больше не мог прожить и денька без того, чтоб не кончить.

— Ты хоть раз кончал ранее? – спросила мать, проглотив всю мою сперму, которой еще было сильно мало, и вытащив мой обвисший членик.

— Нет. – ответил я.

— Тогда поздравляю сынок, ты на данный момент стал мужиком. И меня веселит, что им тебя сделала я. Внимания твоего отца мне недостаточно. Он очень нередко ездит в командировки. И в это время его член будешь подменять ты и твоя сестренка. Сейчас вы будете только моими, ты -моим небольшим ебарем, рабом. Если будешь делать все, как я прошу, то тоже будешь получать наслаждение. И Даша будет отсасывать у тебя в хоть какое время, ну и ты сможешь ее трахать хоть повсевременно. Она ранее дела ох как охотлива. Да, я так издавна об этом желала. Твой ротик и членик сейчас принадлежат мне и никому больше. Сообразил?

— Да, мамочка. – я был просто поражен мамиными словами. Оказывается Дашка уже вовсю дремлет с матерью и даже отцом. Вот. Почему она нередко задерживается в комнате родителей, а время от времени вообщем остается спать совместно с ними. – Мать, а Дашка трахается с отцом?

— Да, сынок. Даша уже полгода, как скачет на члене папы и не только лишь папы фактически. Но об этом позднее. В нашей семье сынок каждый член семьи может уединиться с другим. Будь то я и ты , я и твой папа, Даша и папа. Для нас это в порядке вещей. В нашей семье получение наслаждения – самое главное, ради чего мы существуем.

— Означает я могу трахнуть Дашу?

— Да, сынок, но завтра. Я тоже научу тебя всем премудростям секса, которые знаю сама. Даже нестандартным. Главное, запомни, что никто не должен выяснить о том, что сейчас вышло, и будет происходить в предстоящем.

— А папа?

— Я сама скажу ему, когда он возвратится. А сейчас ложись рядом, сейчас ты будешь спать с матерью.

— А почему ты сейчас с Дашей не спишь?

— У Даши месячные, а в такие деньки у нас на секс табу, запрет другими словами. Ну хватит расспросов, давай спать. Завтра начнем твое сексапильное воспитание.

Я забрался под одеяло и рукою ощутил мамину грудь. У меня снова появилось желание их пососать, но я страшился спросить об этом у матери.

— Можешь сосать их сколько угодно – предложила сама мать, заметив мое желание.

Я зарылся в маминой груди, и мы, нагие, провалились в сон.

Продолжение следует…