Выберите метро:
Выберите район:

The Witcher — Ночные утехи

The Witcher — Ночные утехи

После той судьбоносной ночи, когда Цири стала лесбиянкой, прошло пару недель.

После того как она с Крысами плясала всю ночь в таверне, на краю деревни Блегсит, ее ноги страшно утомились. Так что когда они прибыли в убежище Крыс – пещеру, накрепко спрятанную посреди гор, она без сил упала на свою лежанку рядом с Мистле. Она лаского друг дружку обняли и уснули. Проходящие мимо Крысы недовольно смотрели на их.

– И кто бы мог поразмыслить что Мистле захомутает Фальку (так себя именовала Цири), – пробурчала Искра. Сейчас у нас в банде две лесбиянки…

– Хорошо, – проговорил Гиселер, атаман Крыс, – это их дело чем они там ночкой занимаются. Только я не понимаю как Фалька согласилась? К тому же она еще ребенок…

– Ребенок, то ребенок, а разрезает и колет как дьяволица, – ответил Рееф.

– Согласна, – произнесла Искра, – настоящая дьяволица, когда мы плясали там, в деревне, она ни чем же не уступала мне в скорости.

– Хорошо, – повторил Гиселер, – спать пора. Рееф гаси костер.

Но на утро их разбудили.

Крысы вскочили, разбуженные протяжным кликом, отразившимся неоднократным эхом от стенок пещеры. Ассе и Рееф схватились за клинки. Искра принялась на чем свет стоит браниться, ударившись головой о каменный выступ.

– В чем дело? – вскрикнул Кайлей. – Что случилось?

В пещере стояла тьма, хоть снаружи и светило солнце. Крысы отсыпались за ночь, проведенную в седлах во время бегства из той деревни. Гиселер засунул лучину в уголья, распалил, поднял, подошел к тому месту, где, как обычно вдыли от других, что бы не мешать своими ночными развлечениями, спали Цири и Мистле. Цири нагая посиживала, опустив голову. Мистле, тоже голая, обымала ее.

Гиселер поднял лучину выше. Подошли другие. Мистле прикрылась шкурой, не забыв накрыть ею нагие плечи Цири.

– Послушай, Мистле, – серьезно произнес главарь Крыс. – Я никогда не вмешивался в то, что вы делаете на одной постели. Никогда не сделал вам противного либо саркастического замечания. Это ваши заботы. Всегда старался отводить глаза и не замечать тихих вздохов и стонов с вашей стороны. Это, повторяю, ваши заботы и ваши… склонности, другим нет ранее дела. Пока все происходило неприметно и тихо. Но сейчас вы малость переборщили.

– Не будь кретином, Гиселер, – взорвалась Мистле. – Ты что думаешь, это был оргазм?.. Да девченка орала во сне! Это был ужас! Я и пальцем ее не стала трогать, когда она обессиленная пришла сюда и сходу уснула.

– Это правда Фалька?

Цири кивнула.

– Таковой ужасный был сон? Что для тебя снилось?

– Оставь ее в покое!

– Заткнись, Мистле. Ну, Фалька?

– Человека, которого я когда-то знала, – с трудом проговорила Цири, – затоптали жеребцы. Копыта… Я ощущала, как меня давят… Ощущала боль… Голова и колено… У меня все еще болит… Простите. Я разбудила вас.

– Нечего просить прощения. – Гиселер посмотрел за сжатые губки Мистле. – Просить прощение должны мы. А сон? Ну что ж, присниться может каждому. Каждому.

Цири прикрыла глаза. Она не была уверена, что Гиселер прав. Из ее глаз потекли струйки слез. Мистле бережно ее обняла.

– Расслабленно, соколица, это все на всего сон. Я рядом и никому не дам тебя в обиду.

Цири подняла заплаканное лицо и поглядела в глаза Мистле.

– Спасибо для тебя, – с этими словами она поцеловала ее.

Все крысы уже разошлись, но этот поцелуй увидела Искра, и недовольно фыркнула.

Когда все вновь разбрелись по лежанкам и погасили свет, Цири прижалась к Мистле.

– Спасибо для тебя Мистле, за все то, что ты делаешь, за то, что сообразила меня и приютила, – Цири вновь поцеловала даму и, вроде бы случаем, провела рукою по ее пышноватой груди. Они обе лежали совсем нагие под одним одеялом. Близость тел, чувство жара исходящего друг от друга возбуждали их. Мистле коварно улыбнулась и, положив руку на попу Цири, подтянула ее к для себя. Их соски соприкоснулись, а заветные пещерки межу их ног уже начали отдавать жаром. Мистле вновь улыбнулось и снова поцеловала Цири. Ее жаркий язычок плутал во рту Цири, обвивался вокруг ее языка. Мистле положила руку на грудь Цири и начала легонько ее мять, а ногу она просунула меж ее ног и прижалась всем телом к бедрам девченки. Их киски соприкоснулись, вызывая сладостную дрожь у обоих.

Цири тоже не отставала и, просунув руку вниз, ухватила промежность девицы. Она развела 2-мя пальцами ее пухлые губы и начала поглаживать мягенькую и покладистую поверхность снутри влагалища. Позже она просунула средний палец на всю длину в ее пещерку, вызвав тихий стон девицы, а огромным пальцем начала тереть клитор. Мистле многому ее обучила. Тем временем сама Мистле наклонилась пониже и опутала губками сосок Цири. Она немного покусывала его, мяла и посасывала. От этих ласк Цири чуток было не заорала, тогда и уж претензии Гиселера могли быть очень обоснованными. Мистле тоже начала мять клитор Цири, блуждая ловкими пальцами по всей поверхности влагалища. Позже она начала делать резкие радиальные движения в ее киске, вроде бы мастурбируя. У Цири от возбуждения уже начали подрагивать ноги, но она все равно не отвлекалась от Мистле.

Цири ввела в нее уже три пальца и начала бешено двигать рукою взад-вперед, вроде бы трахая Мистле пальцами. Они доставляли для себя наслаждение достаточно длительно, а их тихие стоны слышала только Искра, до сего времени не спавшая. Ей не нравилось, что Цири и Мистле лесбиянки, и она никогда не представляла себя без мужчины с его крепким членом, но от стонов, которые слышались от Цири, она вся потекла. Искра протянула руку вниз и просочилась для себя в брюки. Она тоже начала мастурбировать, как неподалеку от нее это делала Мистле у Цири меж ног. После нескольких резких движений Искра просунула для себя во влагалище сходу всю руку и начала стремительно ею водить. Эльфка зажала губки так чтоб ее стоны ни кто не услышал и с дрожью кончила для себя на руку. Ее сперма залила всю кисть и брюки, от чего Искра выругалась – сейчас придется вставать не свет не заря, чтоб отстирать штаны, и чтоб ни кто этого не увидел. Женщина подняла руку и облизала ее, что никогда не делала, но нередко лицезрела, подглядывая за ночными развлечениями Цири и Мистле, которые происходили практически каждую ночь. Вкус собственных выделений ей приглянулся. Спустя какое-то время она уснула.

А Цири с Мистле тем временем все неистовее водили ручками друг у друга в кисках. Они кончили сразу, залив своими выделениями для себя руки с животы. Цири облизала свою ручку и, не глотая спермы, поцеловала Мистле, перекатывая ее в рот девицы. Так они и лобзались, а сперма перекатывалась изо рта в рот, равномерно проливаясь девицам на подбородок. У Мистле даже образовалась маленькая сосуля из спермы на подбородке, которую Цири здесь же слизала.

Мистле тем временем начала усердно растирать остатки их семени по собственному и Цириному телу. Когда солнце зашло уже высоко, оно осенило вход в пещеру и 2-ух умиротворенно похрапывающих женщин, а их кожа поблескивала в лучах солнца, измазанная узким слоем спермы.

Накрыться они, конечно, позабыли, так что когда, проспав весь денек и проснувшись на последующий, Искра встала «очень рано», то она увидела два нагих переплетенных тела. Ей показалась странноватым что кожа женщин поблескивает от солнечного цвета, и когда она сообразила в чем вымазаны их тела понизу животика она почуствовала приятное тепло. А когда к тому же рассмотрела на подбородке Цири маленькие остатки спермы, то начала ощущать приближающееся желание, но стремительно развернулась и потопала к речке, все еще радуясь, что она не лесбиянка.

(пишите мне на е-мейл если стоит писать продолжение этой серии)